Размер шрифта:
Цвета сайта:
Настройки:

Интервал между буквами (Кернинг):

Стандартный Средний Большой

Размер шрифта:

14 20 28

Муниципальное казенное учреждение культуры «Районная централизованная библиотечная система» муниципального образования «Сычевский район» Смоленской области
Версия для слабовидящих
8 (48130) 4-11-81

Сычёвское народное ополчение

Похожее изображение

Сычёвское народное ополчение

 

Известно, что идея создания ополчения в 1812 г., принадлежавшая смоленскому дворянину Д.Е. Лесли, возникла еще в июне того же года. После издания царского Манифеста от 6 июля 1812 г. и приезда в Смоленск Александра I, там же состоялось Дворянское собрание по выборам командного состава ополчения. С 10 июля по губернии были проведены уездные дворянские собрания и началось формирование уездных ополчений. Всем уездным предводителям дворянства была разослана подробная информация о порядке формирования ополчения. Получил ее и предводитель дворянства Сычевского уезда прапорщик Н.М. Нахимов. Предписывалось закончить формирование ополчения «непременно в две недели».

В губернском городе и десяти уездах были избраны отставные офицеры и чиновники на командные должности уже почти сформировавшегося Смоленского ополчения. Все помещики, имевшие свыше 30 душ мужского пола, выставляли по одному ратнику с каждой 31 души и, кроме того, выделяли по 25 коп. с каждой ревизской души на содержание должностных лиц и необходимые по ополчению расходы. Владельцы меньшего количества душ вносили по одному рублю с каждой ревизской души.
Ратников не браковали «ни в рост, ни в чем, был бы здоров, не стар, не моложе 20 лет и не имел калечества». Ополченцы вооружались охотничьими ружьями, а в основной массе - пиками, «кому не достанется пики, тот с косой следовать может. Что же принадлежит до одежды ратников, то в какой пожелают предстать, лишь бы не была изношена, а сапоги, если можно, то дать».
В числе других ратники Сычевского уезда вошли в состав 10379 человек ополчения Смоленской губернии. К 19 июля они находились в Смоленске вместе с ратниками Смоленского, Вяземского, Рославльского, частично Краснинского и Поречского уездов. Здесь же находился конный отряд генерала Лесли, численностью более сотни сабель.
Ратники Вельского, Юхновского, Гжатского, Духовщинского и Ельнинского уездов собирались в Дорогобуже, который тоже был назначен местом сбора ополченцев.
В список командного состава Сычевского ополчения была внесена 31 фамилия: из них один тысячный, один пятисотенный, 21 сотенный и 8 пятидесятых (см. прил. 1). Все эти имена известны нам из «Дела об организации дворянского ополчения», хранящегося в ГАСО (Государственный архив Смоленской области) и частично опубликованного уже в 1912 г. (3)
Сведения об ополчении Сычевского уезда существенно дополняют до сих пор не опубликованный «Список именной ратникам Сычевского ополчения», хранящийся в фондах Государственного Смоленского музея-заповедника. В настоящее время этот документ можно увидеть в действующей экспозиции исторического отдела музея-заповедника в разделе, посвященном Отечественной войне 1812 года.
«Список...» представляет собой дело, сшитое из двух тетрадей, количеством в 28 листов на бумаге с водяными знаками 1811 г. Как и многие другие документы, столь отдаленные от нас по времени, оно оставляет желать лучшего по своей сохранности: без обложки, все страницы дела пожелтели, видны следы плесени, почти на каждом листе можно зафиксировать заломы, разрывы и утраты углов, выпадает лист № 14.
Основные записи «Списка...» сделаны орешковыми чернилами, а пометы об убитых, умерших и пропавших без вести чернилами черного цвета.
Записи в документе представляют собой таблицу со следующими пунктами: «№ п/п», «Звание владельцев и имена ратников», «Налицо», «Умершие», «Без вести пропавшие», «Кто получал жалование», «Которого батальона и роты ».
На последнем листе черными чернилами сделана запись о количестве ратников и их судьбах: «По сему списку состоит живых 924, умерших 149, убитых неприятелем 2, без вести пропавших 235. Всего 1310».
В «Списке...» не только сообщается полный именной перечень рядового состава Сычевской дружины, их места жительства и имена помещиков — владельцев большинства рядовых ополченцев.
Этот документ дает нам также возможность проанализировать численный состав представителей того или иного сословия, вступавших в ополчение, отметить некоторые особенности его формирования.
Скорее всего, этот «Список...» был составлен в 1813 г. уже после изгнания врага из Смоленской губернии или переписан в это время с более раннего. Основанием для такого предположения может служить то, что командный состав ополченцев Сычевского уезда был назначен летом 1812 года в соответствии с организацией Смоленского ополчения по тысячам, а его рядовой состав сформирован согласно этому документу «батальонами» и «ротами».
Только после изгнания врага с территории Смоленщины в Смоленском ополчении, которым командовал в это время С.С. Вистицкий, началась реорганизация по образцу других губернских ополчений, и оно рассталось со своей прежней организацией по тысячам.
В «Список...» внесены имена 1206 ратников 1-го батальона, разделенного на три роты, в каждой из которых соответственно находилось по 302 ополченца, и имена 114 ратников из 2-го батальона. Скорее всего, второй батальон так и не сформировался до конца, но, возможно, что этот список составлен не полностью, и большинство ратников второго батальона остались в Сычевском уезде в охранительных отрядах.
Хорошо известно, что все сословия, кроме крепостного крестьянства, могли вступать в ополчение свободно, и для них не было никаких ограничений (см. прил. 2).
Кроме сычевских мещан и волостных (государственных) крестьян, которые выставляли по 1-2, реже 3 ратника от общины, по списку рядовых ÐšÐ°Ñ€Ñ‚инки по запросу народное ополчение 1812гополченцев значится отставной унтер-офицер Павел Сафронов и Иван Антонов без указания сословной принадлежности. Всего в Сычевское ополчение входило 356 человек из представителей свободных сословий, не считая тех, кто вошел в список командного состава.

Основная часть рядового состава была сформирована из помещичьих (крепостных) крестьян и дворовых людей, которые поступали в ополчение от лица помещика как его пожертвование. Очень часто, наряду с крестьянами владельческих деревень, в «Списке...» значатся дворовые люди, например «села Липиц дворовый человек Емельян Петров», «прапорщика Михаила Нахимова дворовый человек Афонасий Степанов», «прапорщика Николая Нахимова конюшенной Василий Никитин» и многие др.
Как и повсюду, кандидаты в ратники отбирались или самим помещиком, или по жребию. Всего в Сычевское ополчение было отдано 954 крестьянина и дворовых человека от 47 владельцев имений Сычевского уезда (прил. 3). Количество рядовых ратников от того или иного помещика зависело, как известно, от числа крепостных у помещика в имении данного уезда.
В «Списке...» под № 812 значится также «пожертвованный» крестьянин Иван Антонов, который, вероятно, был отдан в ополчение помещиком коллежским советником Александром Геннади сверх положенного количества ратников.
Попытки крепостных самостоятельно вступить в ополчение запрещались, приравниваясь к бегству. Возможно, по этой причине, с пометой «не числить», обозначен в самом конце «Списка...» крестьянин д. Починок графа Панина Евстегней Денисов.

С такой же пометой здесь значатся «вотчины Логиновой крестьяне Алексей Филиппов и Михаил Александров». При внимательном прочтении оказалось, что эти два ратника все-таки были внесены в «Список...» позже. Черными чернилами их имена вписаны между № 720 и № 721.
К большому сожалению, мы не имеем возможности назвать в данной публикации имена всех рядовых ратников Сычевского ополчения, участников Отечественной войны 1812 года.
А среди имен сычевских помещиков, фигурирующих в «Списке...», встречаем многие фамилии, хорошо известные в русской истории, русской литературе и т.д. Многие из них также принимали непосредственное участие в наполеоновских войнах.
Здесь представители таких известных российских родов, как Лобановы, Касаткины-Ростовские, Салтыковы, Нарышкины, Голицыны, Панины.
С. А. Хомяков, отец будущего идеолога славянофилов, известного российского философа и литератора А.С. Хомякова, организовал госпиталь для раненых после боя за Вязьму в октябре 1812 г., П.Н. Алмазов был отцом популярного поэта середины XIX в. Н.П. Алмазова и сослуживцем А.С. Грибоедова по Иркутскому гусарскому полку.
Сыновья сычевской помещицы К.С. Ломоносовой, имя которой также встречается в документе, были хорошими знакомыми Пушкина, Грибоедова, Хомякова, Лермонтова.
Из имения Н.С. Грибоедовой были оставлены для арьергарда русской армии запасы продовольствия и фуража.
Н.С. Грибоедова доводилась теткой А.С. Грибоедову, так как являлась второй женой его дяди, владельца Хмелиты А.Ф. Грибоедова. Именно по этой женской линии семейство Грибоедовых было особенно тесно связано с московской аристократией важнейшими «тузами и орлами» первой четверти XIX в.
Н.С. Грибоедова, в девичестве Нарышкина, была дочерью известного литератора С.В. Нарышкина, который совместно с бездетным братом, также литератором, владел обширными земельными владениями в Сычевском уезде. Позже их сычевские имения были отданы в приданое дочерям.
Вообще многочисленные представители рода Нарышкиных владели землями в этих краях со времен Петра I, когда само село Сычевка принадлежало родственникам царя со стороны его матери .
Именно поэтому фамилия Нарышкиных неоднократно встречается в документе о Сычевском ополчении, а из деревень помещицы Н.С. Грибоедовой вступило в ополчение достаточно большое количество ратников - 48 человек.
Как нам представляется, «Список именной ратникам Сычевского ополчения» дает возможность еще раз взглянуть на людей того времени с неожиданной стороны, проиллюстрировать их отношение к событиям Отечественной войны 1812 года, почерпнуть дополнительные сведения о хозяйственном состоянии сычевских имений накануне наполеоновского нашествия.
Смоленские, в том числе сычевские, помещики по причине летнего времени в большинстве своем находились в своих усадьбах и, естественно, имели самое непосредственное отношение к формировавшемуся ополчению, сами распоряжались усадебным имуществом.
Как свидетельствуют мемуаристы, покидать свои родные места, и то не все, они стали только после взятия Смоленска, а в Сычевском уезде особенно часто хозяева имений принимали решение не оставлять усадьбы, несмотря на приближение неприятеля.
Среди помещиков Сычевского уезда встречаем в «Списке...» имена представителей рода Нахимовых. Самым известным участником событий, связанных с наполеоновским нашествием, стал предводитель дворянства Сычевского уезда Н.М. Нахимов, владелец сычевской усадьбы Волочек и многих деревень в этом же уезде.
Известно, что он занимался не только формированием так называемого государственного ополчения. По его инициативе и поддержке местного населения создавались отряды внутренней охраны ).
Они состояли из «вооруженных граждан и поселян», «которые стремились на поражение и истребление вторгшихся в Сычевский уезд неприятельских отрядов, содействуя притом в восстановлении в оном уезде тишины и порядка, возмущенных проходившими неприятельскими партиями» .
 

Приложение 1

Тысячным Сычевского ополчения был назначен «флота капитан 2-го ранга» Николай Алексеевич Мельников, пятисотенным титулярный советник Петр Васильевич Бровцин.

Сотенными были избраны:
1-2. Штабс-капитаны Иван Шеманский, Алексей Шеманский;
3-4. Поручики Дмитрий Ловейко, Николай Тимашев; 
5. Лейтенант Павел Тулубьев;
6-7. Подпоручики Даниил Богуславский, Евгений Васильев;
8. Прапорщик Степан Корницкий;
9 -14. Коллежские регистраторы Александр Леонов, Федор Лошаков, Григорий Богданов, Никита Грабилин, Григорий Агеянов, Петр Каверин;
15-16. Губернские секретари Иван Клюгорев, Потулов;
17-21. Дворяне Пузырев, Яков Шишмарев, Федор Романов, Степан Калакуцкий, Федор Корочневский.


Пятидесятными начальниками были назначены:
1. Коллежский регистратор Михаил Абельдяев;
2-7. Дворяне Цызырев, Корженевский, Михаил Зенкович, Касперский, Алексей Лесли, Дмитрий Лесли;
7. Дворянский унтер-офицер Ефим Калакуцкий;
8. Из немцев Локович

Приложение 2

В Сычевское ополчение добровольно вступили:
1. «Города Сычевки мещане» 26 человек;
2. «Писковского удельного приказа крестьяне» 125 человек;
3. «Жерновского удельного приказа крестьяне» 46 человек;
4. Крестьяне Воскресенской волости 33 человека;
5. Крестьяне Зиловской волости 13 человек;
6. Крестьяне Еношенской волости 7 человек;
7. Крестьяне Баскаковской волости 104 человека.


Приложение 3

Пожертвование в Сычевское ополчение помещиками Сычевского уезда

Фамилии помещиков

 

Количество крепостных Крестьян и дворовых от каждого помещика

 

Граф Н.П. Панин

 

176

 

Обер-полицмейстер И. Оношин

 

68

 

Граф Н. Салтыковым, подполковница А. Логинова, князь П. П. Щербатов, княгиня А. Лобанова-Ростовская, майорша К. Ломоносова

 

50

 

Граф И. Гудович, коллежский советник А. Геннади, князь А. Голицын и коллежская советница Н. Грибоедова.

 

30-50

 

Князь Н. Касаткин-Ростовский, статский советнике. Богданов, гвардии поручик С. Хомяков, подпоручик Н. Нарышкин и его брат штабс-капитан И. Нарышкин, бригадир П. Мансуров, майорша К. Нарышкина, графиня Е. Жоден и секретарь Д. Иванов «с братьями». Всего 9 помещиков

 

10-30

 

Э. Шеманский, М. Малышева, П. Ковалев, «майорша Белкина», К. Городанская, А. Гринев, Г. Ковалев, княжна Е. Оболенская, Е. Засецкая, П. Щепочкин, титулярный советник Кардо-Сысоев, А. Мельников, М. Панина, П. Мансуров, А. Бахметьев, Н. и М. Нахимовы, Е. Баранова, А. Жигалов, Ф. Ладыженский, А. Шупинский, Л. Арсеньева, А. Сафонова, П. Бутурлина, П. Алмазов, титулярный советник Бровцин, А. Мельников Всего 27 помещиков

 

1-10

 

По пыльному вяземскому тракту к городу Сычевкам скакал всадник. Вспотевшую лошадь покрывал настолько плотный слой пыли, что определить ее масть не представлялось возможности. Сапоги, руки, плечи, спина и лицо всадника покрывала мелкая едкая пыль глинистой дороги. Он подъехал к деревянному мосту через реку Вазузу. Лошадь, почуяв воду, приняла, было вправо, но удар шпорой заставил ее выровняться и аллюром преодолеть мост, оставив позади столь манящую влагу. Всадник торопился, распугивая безумной скачкой мещанских курей и уток, мирно бродящих по улицам. Через несколько минут он подъехал к зданию городнического правления.

         - Ваше превосходительство, к вам курьер из Смоленска, - скороговоркой пролепетал писарь правления, он тут же был отстранен от двери курьером, входящим в кабинет городничего Павла Матвеевич Карженковского.

         - Срочный пакет от губернатора барона Аша. Вам велено собрать дворянское собрание немедля, - подал курьер пакет с пятью сургучными печатями…                                                    

      …В пакете лежало указание губернатора за № 1854 от 13 июля 1812 года.

   «О временном ополчении», - прочел городничий, подумав: «Вот и до нас дело дошло».

      На уездном дворянском собрании был зачитан следующий документ. «…Приготовить немедленно по временному вооружению против неприятеля до 20 тысяч или более ратников в подкрепление находящихся здесь войск и защиту губернии…» Далее следовало: «…обязанностью Городничего и ратуши постановляю:

  1. Следующих по раскладке с мещан города Сычевок на временное служение 25 ратников, а если общество пожелает и более тотчас доставить при росписях к Предводителю.
  2. Предводителю представленные и им в звание ратников назначенные люди останутся до востребования в своих домах, неотлучаясь однако ж ни куда из города…
  3. Ратников сих не будут браковать ни в росте, ни в летах. Нужно только, чтоб они были здоровы, не стары, не моложе 20 лет и не имели бы увечья, препятствующаго служению.
  4. Всякое оружие, вовремя бывшей милиции собранные…, немедленно здадут они Предводителям, а сии последние будут раздавать оное тем ратникам, для коих достанет…  …Прочих ратников наделять сами пиками, косами и чем нужно. На тех, кои записаны будут с ружьями… приготовить пороху с пулями… зарядов не менее, как 30 и более.
  5. Одеяние остается на произвол, только небылоб изношено, если можно лучше в сапогах, бород брить не принуждать.
  6. Провианта заготовить в сухарях на 10 дней, с пропорцией круп, а в муке и крупе на месяц, и все то доставить в Смоленск… …Дорогою сюда должно довольствовать ратников общество.
  1. В разсуждению экономических крестьян, однодворцев, ямщиков Казенная Палата сделала надлежащее распоряжение. Предписываю Земскому суду настоять всенепременно, чтобы оные соответственно вышеизложенному были точно и скоро выполнено, - под опасением строгого взыскания.
  2. …Внушить народу, что теперешняя оборона, суть самая кратковременная и опыт верноподданнического Государю и Отечеству усердия, который пребудет незабвенным; - да уверять всех и каждого, что сии защитники веры и ближних своих весьма скоро могут возвратиться в недра семейств и совершенно наслаждаться будут спокойствием.
  3. … Исполнить не далее двух недель.

                                                      Барон Аш. (1)

     - Сие, господа, не все, - Карженковский обвел взглядом присутствующих. – Имеется еще копия с записки собственноручно Его Императорского Величества отданной Смоленскому Губернатору при Губернском Предводителе. Вот сия записка:

«1. Лесничих умеющих стрелять и на конях составлять конных егерей к ним.

2. Можно присоединить Господских егерей умеющих ездить верхом.

  1. Из псарей, конюших, конюхов составлять казаков вооружа пиками.
  2. Из умеющих стрелять но пеших составлять егерей вооружа охотничьими ружьями.
  3. Из прочих составлять пешее войско распределя для обучения по резервным батальонам собирающимся в Смоленске.

                                                     Верно: барон Аш». (2)

     Собрание продлилось до поздней ночи…

*     *     *

            Из числа отставных военных был выбран командный состав сычевского уездного ополчения. Большинством голосов начальником уездного ополчения был избран капитан-лейтенант флота Мельников Алексей Михайлович (очередной чин капитана 2-го ранга он получил после назначения его командиром). Пятисотенными начальниками были избраны штабс-капитаны Иван Алексеевич и Епафродит Алексеевич Шеманские, а также титулярный советник Петр Васильевич Бровцин, на период боевых действий получивший, согласно Табеля о рангах, чин капитана. На собрании были избраны сотенные командиры и пятидесятники. (Приложение 1)           

       Спешно были определены ополченцы из числа крестьян и мещан города Сычевок. Если при наборе в армию один рекрут брался с каждой 125 души, то Смоленское ополчение набиралось из расчета один ратник с каждой 31 души. В предписании Смоленского губернатора указывалось, что «…крестьян, записанных без воли помещика не принимать». Ратники получали одежду, обувь и продовольствие (сухари на 10 дней, муки на месяц), предоставляемое помещиками. Один ополченец обходился помещику в 550 рублей. Как и гласило предписание, все они находились по домам в ожидании дальнейших распоряжений. Оружие не выдавалось. В строй было поставлено 977 человек помещичьих крестьян, 171 человек удельных крестьян, 139 человек казенных крестьян и 23 человека городского населения. Всего 1310 человек. (3)

       Организационно-штатная структура уездного ополчения была близка к армейской. Возглавлял уездных ополченцев тысячный, который пользовался правами командира полка. В подчинении у тысячного были пятисотенные, которые пользовались правами командиров батальонов. Полутысячи делились на сотни (роты), возглавляемые сотенными. Сотни в свою очередь делились на полусотни, возглавляемые пятидесятниками. Таково единое мнение до сего времени. Однако в фондах Смоленского музея-заповедника хранится «Список именной ратникам Сычевского ополчения» (4), в котором ясно указано распределение ратников по ротам и батальонам. Этот именной список был составлен в самом начале формирования, о чем свидетельствует запись чина начальника уездного ополчения Алексея Михайловича Мельникова – капитан-лейтенант. Очередной чин капитана 2-го ранга он получил после выдвижения ополчения в город Дорогобуж. Из ратников было составлено два батальона четырех ротного состава. Кроме того, была выделена полусотня конников. Из этого следует, что первоначально Сычевское ополчение именовалось полком с армейской организационно-штатной структурой и лишь в последующем, дабы не выделяться, как и все остальные уездные ополчения, перешло на «тысячных».

Ополченец 1812 г.

         Ополченцы были одеты в рубахи с косым воротом, длинный серый кафтан, шаровары из сукна и сапоги – главное отличие от крестьян-партизан, но некоторые, все-таки, были в лаптях. На голове привычная крестьянская шапка. Белые кресты, которые прикреплялись на шапки, были выданы позже. Офицеры были одеты в свои армейские мундиры.

        О вооружении ополченцев большинство авторов, рассматривающих этот вопрос, говорят в общих чертах, сходясь в одном – вооружение самое примитивное. А если и имелись ружья, то ополченцы не умели ими пользоваться. С этим нельзя согласиться. Во-первых, для обучения стрельбы из не сложных в конструкторском исполнении ружей, не нужно много времени и особых навыков. Во-вторых, говоря о неумении ополченцев, те же авторы противоречат себе, утверждая, что партизаны с успехом использовали трофейное огнестрельное оружие. Но партизаны – те же крестьяне, как и ополченцы. В-третьих. Создается впечатление, что подобные утверждения особенно авторов-дворян умышленны, для того, чтобы обособить, выделить преимущества дворянства. Вот, мол, крестьянин - лапотник даже «ружья держать не может…» И, наконец, вывод о том, что ополченцы не умеют пользоваться огнестрельным оружием, был сделан по избыточному наличию боеприпасов после боев. Но, не учитывалось то, что ополченец-крестьянин являлся хозяином, не проходящим мимо брошенного, но нужного в «ратном хозяйстве» добра. Следует отметить, что для обучения стрелковому делу регулярных войск русской армии выдавалось всего по 6 патронов на каждого солдата в год. Один лишь Барклай-де-Толли, в бытность свою военным министром (1810-1812 годы), обратил на это внимание и требовал обучения стрельбе обязательно с примкнутым штыком и в боевом снаряжении. Живо было Суворовское: «Пуля – дура, штык – молодец». Об эффективности применения огнестрельного оружия красноречиво рассказывает в мемуарах французский барон М.Мирабо: «… мы опять подверглись сильному огню, который, к счастью, вели неумелые стрелки, потому что, если бы мы имели дело с более опытными, хорошо натренированными в стрельбе солдатами, мой полк был бы полностью уничтожен».

      Чем же все-таки были вооружены Сычевские ратники?

       «1812 года июля 25 дня. Дана сия квитанция от сычевского дворянского предводителя сычевскому г-ну Городничему в том, что принято мною от него Городничего на вооружение сычевского уездного ополчения ратников…» (5). В квитанции указано - 1544 пики с деревянными черенками, то есть на весь состав ополчения, тесаков с ножнами – 255 и к ним портупей 225, а также 110 армейских ранца и другое имущество. Были Сычевские ополченцы вооружены и огнестрельным оружием. На вооружении было 1284 ружья, 6 карабинов и 400 пистолетов.(6) Ни одно из уездных ополчений не было так хорошо вооружено, как Сычевское.

    Сычевское ополчение по сформировании было направлено  в Смоленск, куда и прибыло в конце июля и принимало участие в защите города. Присоединенное к армии, участвовало в боях при Бородине и Мало-Ярославце. По возвращении в декабре в Сычевку было расквартировано по уезду и особых обязанностей не несло.

  Ранние утверждения о том, что Сычевское ополчение прибыло в город Дорогобуж 19 июля – не верно. Только 23 июля 1812 года сычевским городничим было получено распоряжение под №2173 следующего содержания: «По повелению г-на Главнокомандующего… предписываю всех ратников сводить в Дорогобуж оставляя при них чиновников а о именах их и о числах ратников доставлять мне и г-ну Губернскому предводителю.              Барон Аш». (7) – это во-первых. Во-вторых, довооружение ополченцев производилось еще и 25 июля, то есть перед самым началом марша, о чем свидетельствует выше приведенная квитанция от 25 июля. Выдвижение сычевских ополченцев к городу Дорогобужу осуществлялось не всем полком одновременно, а  побатальонно. 27 июля Дорогобужский городничий получил сообщение о приближении к городу Сычевского отряда в 500 ратников и более 300 лощадей.(8) Очевидно, что первый батальон сычевлян выступил в поход сразу же по получении распоряжения о марше, то есть утром 24 июля. На следующий день выдвинулся второй батальон. 

     Совершив марш до Дорогобужа, отряд сычевских ополченцев получил новый приказ о выдвижении в Смоленск. Учитывая расстояние до Дорогобужа в 144 ¼ версты и 86 ¼ версты до Смоленска (расстояние взято по состоянию дорог в 1812 году), среднюю скорость движения и величину суточного перехода в 30-35 верст, не забывая, что именно это время стояла жуткая жара, можно предположить, что Сычевское ополчение смогло прибыть в Смоленск только к первым числам августа, то есть перед непосредственным началом Смоленского сражения. В Смоленске ополченцам была поставлена задача по возведению оборонительных укреплений. 4 и 5 августа Сычевские ополченцы вместе с регулярными войсками обороняли город и были приданы понесшей большие потери 27-ой дивизии Неверовского.

      6 августа, вместе с армией и остатками городских жителей, ополченцы покинули горящий Смоленск. Несмотря на высокие моральные качества ополченцев, Смоленское сражение выявило ряд недостатков. Основным является необученность ратников, что приходилось делать в ходе боев. Отсутствие главных помощников командиров – унтер-офицеров. Нехватка взводных и ротных начальников в рядах ополченцев. После выхода ополчения из Смоленска (6 августа), смоленский губернский предводитель дворянства С.И. Лесли обращается к начальнику Смоленского ополчения генерал-лейтенанту Николаю Петровичу Лебедеву: «Между тем извольте уравнять начальников в ополчении всей губернии, поколику в некоторых уездах, то есть в Сычевском, в Гжатском не достает оных по неимению Дворянства, то из других изволите прикомандировать излишних пятисотенных и пятидесятных. Из пятидесятных же могут некоторые поступить в сотенные». В соответствии с этим указанием к сычевскому уездному полку был прикомандирован ряд дворян других уездов (в основном Бельского) на должности сотенных и полусотенных начальников. Кроме того, сычевскому и гжатскому ополчению было разрешено сотни составлять из 125 человек. Фактически же сотни (роты) имели численность от 132 до 172 человек, а в среднем 160 человек, что было более чем в полтора раза больше, чем состав обычной армейской роты. Из расписок в получении денег известно, что одну из должностей полусотенного начальника Сычевского ополчения, за нехваткой офицеров, исполнял старший унтер-офицер Павел Сафронов, который и получил жалование по занимаемой должности – 91 рубль 73 ½ копейки. (9)

       10 августа сычевские ратники в составе губернского ополчения прибыли в Дорогобуж. На следующий день они в полном составе приступили к оборудованию укреплений для обороны города.  11 августа 1812 года, из лагеря при Дорогобуже, командир 4 резервного кавалерийского корпуса генерал-майор Карл Карлович Сиверс писал начальнику Смоленского ополчения генерал-лейтенанту Николаю Петровичу Лебедеву следующее: «…так как Сычевской округи ратники все находятся на работе в позиции, то командир оных капитан 2 ранга господин Мельников мною при них оставлен». (10) Сычевское ополчение был изначально отряжен для обороны Дорогобужа. Следует полагать, что именно в Дорогобуже производилось доукомплектование полка огнестрельным оружием. В Дорогобуже из конных Смоленского ополчения был сформирован полк, куда вошла и Сычевская полусотня. Этот полк был придан казачьему отряду генерал-майора Карпова А.А.

       Спустя два дня поступило предписание Главнокомандующего 1-ой армии генерала М.Б. Барклая-де Толли о выступлении всего ополчения с обозом на Вязьму проселочными дорогами, минуя Старую Смоленскую, чтобы не мешать движению армии, «…отнюдь не делая ночлегов, но только короткие привалы». 13 августа французы заняли Дорогобуж.

       Достигнув города Вязьмы, Смоленское ополчение получило очередное распоряжение – 15 августа ускоренным маршем выступить из Вязьмы на Сычевку. Часть запасов ратникам пришлось нести на себе.

      Многие исследователи указывают на то, что Смоленское ополчение двигалось в Можайск из Сычевки. Это не совсем так. Во-первых, следовать через Сычевку – значит делать непомерно большой крюк, преодолевая не малые водные преграды – Вазузу, Касню, Гжать, а это непростительная потеря времени в 2-3 суточных перехода. В этом случае прибытие к Бородино было бы 26-27 августа. Во-вторых, именно 19 августа, в день, когда якобы было получено приказание выйти из Сычевки на Можайск, город Сычевка подвергся нападению отрядом польских улан из корпуса Понятовского. Смел ли относительно небольшой отряд французской армии напасть на город, в котором находилось более 12000 ополченцев (численность армейского корпуса)? В-третьих, нет ни единого архивного документа, подтверждающего, что Смоленское ополчение хоть какое-то время находилось в Сычевке. В-четвертых, распоряжением от 19 августа было предписано выдвижение ополчения на Можайск, «идя туда проселками и не занимая большой дороги». Но, следуя в указанном направлении из Сычевки, обязательно займешь Гжатский тракт, который являлся одной из «больших дорог». И, наконец, следовать «на Сычевку…», как указывалось в предписании, совершенно не означает через Сычевку.

     От города Вязьмы движение Смоленского ополчения осуществлялось в направлении города Сычевки, но, не доходя до Сычевки 20-и верст, в районе села Княжино повернуло на восток, по направлению к селу Тесово, Сычевского уезда (ныне Новодугинского района) и далее в направлении на Гжатск. 

       Около 10 часов утра 22 августа передовые полки русской армии вышли к Бородино. 23 августа генерал Лебедев сообщает генералу Барклаю-де Толли, что с вверенным ему ополчением находится в селе Мурикове, в 70 верстах от Можайска, куда надеется прибыть 26-го числа.(11) К Бородино Смоленское ополчение прибыло на день раньше, то есть 25-го числа, совершив два суточных перехода по 35 верст каждый.

      Вот как описывал прибытие Московского ополчения в район Бородино Ф.Н. Глинка. «С офицерами (ополченцами) пришли русские кибитки, повозки и роспуски с колокольчиками, заводские лошади, крепостные слуги. В другое время можно бы подумать, что это помещики, съехавшиеся дружною толпою, с конюхами и доезжачими, в отъезжее поле на дальнее полеванье. Но тут предстояло другого рода поле!» Смоленское же ополчение, побывавшее в боях, совершая переход за переходом, практически без отдыха, не имело подобной «пышности». Не до нее было…

       Большая часть ополчения были «расставлены в 3-ю шеренгу войск». Это означает, что в каждый пехотный полк 2-х батальонного состава был добавлен третий батальон, из состава ополченцев. Использовались ополченцы, главным образом на тех работах, «… где они будут все те должности отправлять, которые отвлекают строевых людей от полков». Прежде всего, это строительство укреплений, мостов, подъездных путей для артиллерии, изготовление носилок для транспортировки раненых и сбора ружей после убитых. Кроме того, ополченцы несли караульную службу.

        Три тысячи ополченцев, в том числе практически все сычевские ополченцы, как наиболее вооруженные, были «поставлены под ружье» и приданы частям 3-го пехотного корпуса генерал-лейтенанта Тучкова Н.А., расположенном на левом, наиболее уязвимом, фланге русских войск. Вместе с семью тысячами Московских ополченцев, Смоленские ополченцы составляли отдельный войсковой корпус боевого назначения.

        В российской историографии прочно укоренилось мнение, что ополчение вместе с шестью донскими полками генерала Карпова были скрыты в засаде за деревней Утицы. «Поводом для столь превратной интерпритации событий послужили, очевидно, кроки Бородинской позиции, приложенные к письму Кутузова Александру от 25 августа, где местоположение корпуса Тучкова и Московского (и Смоленского – В.К.) ополчения на Старой Смоленской дороге помечено ремаркой «расположены скрытно».(12) Но… Засада для того, чтобы пустить во фланг и тыл «скрытное» не обученное ополчение и против кого – отборных французских войск Мюрата, Понятовского, Компана (5 пехотная дивизия), Фриана (2 пехотная дивизия), Дессе (4 пехотная дивизия)? Это, по меньшей мере, не серьезно. В данном случае «скрытность» означала - убедить неприятеля в том, что стоящие перед ним войска являются сильным резервом, а не слабо вооруженные и не обученные ополченцы. Конечно, наспех собранное ополчение не являлось какой-либо грозной воинской силой. Командиры-чиновники так же, как и их подчиненные были не обучены военному делу. Вставленные на Старой Смоленской дороге, ополчения, по замыслу Кутузова, должны были «играть роль» значительного резерва, отвлекая на себя часть сил французов и тем самым ослабить удар по армии князя Багратиона. Об этом говорит и принц Евгений Вюртембергский: «…ополчение, поставленное позади генерала Багговута, на высоте между Утицей и Псаревым, со своими сверкающими копьями могло казаться неприятелю значительным резервом».(13) Генерал Л.Л. Беннигсен в своих воспоминаниях замечает: «Я предложил генералу Маркову поставить 10 тысяч человек ополчения (7000 – Московского и 3000 – Смоленского ополчения – В.К.), бывших под его начальством, таким образом, чтобы неприятель мог их видеть и, опасаясь нападения, не решался бы направить все свои силы против князя Багратиона. Граф Марков с охотой и рвением это сделал».(14) Эта «демонстрация сильного резерва» сыграла свою роль в сражении 26 августа. Нерешительные действия корпуса Понятовского – лучшее тому подтверждение. В день памятный левый фланг русских войск был атакован корпусом Понятовского. Так описывает очевидец боя за Утицкий курган Ф.Н. Глинка: «Со страшным криком, самодельными пиками, с домашними топорами (так были вооружены московские ополченцы – В.К.), они кидались на неприятеля, как в чащу леса, и рубят людей, как дрова!..» И далее: «Все смешалось и обогрилось кровью». Речь шла о тех немногих московских ополченцах, не более 500 человек, принимавших участие в контратаке у деревни Утица. Укоренившееся мнение об атаке Смоленских ополченцев, которых якобы лично возглавил престарелый генерал-лейтенант Лебедев Н.П., – сильно преувеличена. Любое боевое столкновение с сильным, хорошо обученным и вооруженным противником, тем более атака не может обойтись без потерь. Судя по потерям в Бородинском сражении, «сильный резерв» ополчения в таковой атаке не участвовал. Английский генерал Р.Вильсон, восхищаясь ополчением, говорил: «Я видел милицию, которая со своими пиками выходит на сражение с такой же уверенностью, как и регулярно вооруженные части». Это замечание генерала относится к тем ополченцам, которые «составляли третью шеренгу» регулярных войск. В оценке действий ополченцев не обошлось и без скептицизма, как, у господина Кабанова: «И все же физически слабые, малонравственные (гуляки, пьяницы) ополченцы заслуживают общее одобрение в бою, таково свойство русского солдата». (15) Уж, что-что, а физически слабыми ополченцы-крестьяне никогда не были. Постоянный круглогодичный физический труд был для них нормой жизни. И насчет нравственности вышла оплошность у господина Кабанова; хоть порой и пил русский крестьянин, но гулякой и бездельником никогда не слыл, был богобоязненным и высоконравственным, как следствие, отсутствие дезертиров из ополчения.

          Все ратники, участники Бородинского сражения, получили денежные вознаграждения в размере 5 рублей каждый. Наиболее отличившимся в сражении были высочайше пожалованы знаки Отличия военного ордена (в последующем, так называемый «Георгиевский крест»). Не остались без наград и отличившиеся офицеры ополчения.

     31 августа генерал Лебедев получил приказ выдвинуть ополчение в деревню Сетунь. 2 сентября ополчение расположилось вблизи Тарутина.

        12 октября ополчение, в том числе и Сычевская тысяча, совершив марш, подошло к Малоярославцу. По некоторым источникам, Смоленское ополчение, присоединенное к армии, участвовало в боях при Малоярославце, но документов о непосредственном участии в этом сражении найти не удалось. С.В.Шведов писал: «Известно, что в сражении погибло много ратников, но в ведомостях даны потери только солдат…» И далее он указывает «потери 4-5 тысяч ополченцев». Смоленское ополчение, хотя и находилось при армии, в ведомостях не учитывалось. Довольствие получало не от казны, а от «земли», в отличии от Московского ополчения. Командному составу ополчения было назначено жалование: тысячным – 1200 рублей в год, пятисотенным – 600 рублей в год, сотенным – 400 рублей в год, пятидесятникам – 200 рублей в год. Однако выплаты жалования предписывалось производить из денег, собранных с помещиков и пожертвований. Этих сумм было крайне мало и выплаты были далеко не полны и не регулярны. Так, жалование с 11 ноября 1812 года по 30 марта 1813 года выплачивалось только в июле, октябре и даже в ноябре 1813 года. Об этом свидетельствуют данные расписки в получении денег. В июле месяце жалование в размере 137 рублей 61 копейка получили сотенные начальники: морской артиллерии лейтенант Павел Тулубьев (Тулубеев), подпоручики Данила Богуславский, Евгений Щочка, коллежские регистраторы Федор Лошаков, Григорий Агеянов, Александр Ленов, губернский секретарь Матвей Потулов, «правящий должность казначея и квартирмейстера», дворяне Федор Корженевский, Никита Граблинов и коллегии иностранных дел переводчик Петр Каверин. В тоже время получили жалование в размере 91 рубль 73 ½ копейки и пятидесятные начальники: коллежские регистраторы Михаил Абельдяев, дворяне Михаил Занков, Алексей Лесли, Дмитрий Лесли. Сычевскими помещиками, мещанами и крестьянами для своей тысячи было собрано 498 четвертей муки, 88 четвертей крупы, 6609 четвертей овса на общую сумму 53941 рубль. Кроме того, из запасных магазинов для ополченцев было выдано 19716 четвертей муки и 4806 четвертей овса. Но на одной крупе и муке (хлебе) много не навоюешь. Для питания Сычевской тысячи было отправлено 2217 единиц крупного рогатого скота на сумму 34212 рублей. Кроме того, было поставлено 15 строевых и 46 обозных лошадей на сумму 20750 рублей и обмундирования, вооружения и снаряжения на сумму 35 тысяч рублей. Общая сумма пожертвований от Сычевского уезда на ополчение и армию составило 241988 рублей. (18)

         В период отступления наполеоновской армии Смоленское ополчение было подчинено начальнику авангарда главной действующей армии генералу от инфантерии М.А.Милорадовичу и заслужило его похвалу, о чем свидетельствует рапорт Милорадовича Барклаю де Толли.

         Начинались осенние холода и, как следствие, большая заболеваемость среди ополченцев. Отсутствие врачей, и какой бы то ни было медицинской помощи усугубляло не легкое положение ратников, в том числе и офицеров. 149 человек умерли от болезней и ран, полученных на поле боя. 235 сычевских ополченцев пропали без вести. Пропавших без вести следует считать погибшими на поле боя, так как в городских сражениях (Смоленск, Малоярославец) и, тем более при Бородино, никто павших не хоронил. Трупы на Бородино лежали до весны 1813 года после чего, во избежание эпидемии, были сожжены.  Ф.Глинка в своей работе «Письма русского офицера» указывает, что спустя три дня после Малоярославского сражения видел не убранные трупы и раненых на поле боя. Отношение к убитым и раненым было вопиюще безразличным. По расписанию командного состава Сычевской тысячи на 7 ноября 1812 года значится, что от ран умер прапорщик Степан Степанович Корницкий, по болезни уволен лейтенант Павел Михайлович Тулубьев, был болен, но остался при ополчении подпоручик Богуславский Даниил Васильевич. В Сычевку с больными ратниками был отправлен Локавиц. Унтер-офицер Калакуцкий пропал без вести, вероятнее всего был убит в бою.

        В тот же период офицерам Сычевского полка приходилось выполнять самые разнообразные приказания. Поручик Д. Ловейко был откомандирован из полка в город Дорогобуж с конными. Так же с конными были откомандированы подпоручик Е. Щочка, прапорщики А. Ленов, Г. Агиянов, дворянин Цызырев-1. Штаб-капитан Е. Шеманский с командой ополченцев сопровождал пленных французской армии в город Вязьму.

      В декабре месяце 1812 года Сычевские ополченцы были возвращены в свой уезд и расквартированы по селам, находясь в готовности выступить по первому требованию. 30 марта последовал Высочайший Указ о роспуске Смоленского и Московского ополчений. «Из народных государственных сил, столь единодушно и ревностно в защиту Отечества ополчившихся, прежде всех составились Смоленское и Московское ополчения. Они первые встретили неприятеля и мужественным сопротивлением и многократными с ним битвами оказали усердие свое и заслуги. Ныне, по истреблении врага в пределах Наших, уже далеко за оными, не дерзает он перед победоносным нашим воинством появляться. Почему, в силу обнародованного Нами обещания, освобождая Смоленское и Московское ополчения от пребывания на службе, повелеваем мы, изъявляя к ним Монаршее Наше благоволение и признательность, распустить оные по домам. Да обратиться каждый из храброго воина паки в трудолюбивого земледельца и да наслаждается посреде родины и семейства своего приобретенною им честию, спокойствием и славою». Сычевское ополчение, выполнившее свой долг перед отчизной, было расформировано. В ряды армии поступили бывшие ополченцы – дворяне Петр Каверин, Дмитрий и Алексей Лесли.

        368 ратников и 7 офицеров Сычевского ополчения не вернулись в родные дома. Убитые и умершие в походах ополченцы рассматривались, как рекруты следующего набора и на них выдавались зачетные квитанции. Оставшимся в живых воинам ополчения выплачивалось незначительное жалование. В период с 11 ноября 1812 года по 30 марта 1813 года это жалование составляло от 48 копеек до 58 ½ копейки (занимающим должность унтер-офицеров). В октябре 1813 года бывшим тысячным начальником капитаном флота 2-го ранга Мельниковым А.М. было выдано «…942-м человекам находившимся в том ополчении воинам… заслуженного жалования каждому… сполна».  Всемилостивейшим манифестом от 30 августа 1814 года была утверждена бронзовая медаль на Владимирской ленте в память о 1812 годе. С 1816 года началось награждение этой медалью бывших Сычевских ополченцев, партизан, а также женщин, принимавших участие в организации, содержании госпиталей и уходом за ранеными. Награждения проводились вплоть до 1818 года. 

Медаль «1812 год»

        

 

 

Командиры сычевского ополчения

1. Мельников Алексей Михайлович. Сын генерал-майора Мельникова Михаила Леонтьевича и Настасьи Григорьевны Мельниковой. В начале 1812 года был в чине капитан-лейтенант флота. Владел сельцом Колыгино, деревней Алексеевская с 99 д.м.п., сельцо Высокое и деревня Мельниково. После Отечественной войны 1812 года жил в своем имении. С 1820 года по 1822 год капитан флота 2-го ранга Мельников Алексей Михайлович служил в должности Сычевского уездного Предводителя дворянства.

 Упоминается в архивных документах в 1838 году (капитан 2-го ранга). Имения Мельниковых достались в 1782 году от майора Абрама Квашнина-Самарина. В 1806 году земли куплены у титулярного советника Ивина. От бабки - поручицы Авдотьи Ивановны Мельниковой. От мужа, который получилимение от титулярной советницы Екатерины Жеребцовой в 1804 году и в 1794 году от майора Федота Полченинова. От покойного брата лейтенанта Александра Мельникова, купленное им в 1795 году у поручицы Софьи Полчаниновой. От покойного брата капитан-лейтенанта флота Алексея Григорьевича Мельникова (сельцо Колыгино). В 1828 году имение было «полюбовно разделено» между Настасьей Григорьевной Мельниковой, капитаном 2-го ранга и кавалера Алексея Михайловича Мельникова и капитан-лейтенантом Григорием Михайловичем Мельниковым. Григорию – сельцо Рудное Вяземского уезда (90 десятин земли) и сельцо Высокое с 17 душами м.п. Алексею – сельцо Колыгино, в имении Артемово 26 д.м.п. и в деревне Мельниковой (Петровское тож) 36 д.м.п. (ГАСО, ВФ, Ф.2, Оп.1, Св.48, Д.721, 1828.) А.М. Мельников умер в 1856 году. Он владел сельцом Колыгино, деревнями Гришково, Мельниково, Федьково. Дворянский род Мельниковых внесен во II часть родословной дворянской книги Смоленской губернии.

2. Ловейко Дмитрий Петрович, поручик. Дворянский род Ловейко внесен в VI часть родословной дворянской книги Смоленской губернии. Дмитрий Петрович родился в 1765 году. В 1791 году вышел в отставку в чине поручика. В конце XVIII века он служил исправником в Вяземском нижнем земском суде. В 1807 году был сотенным начальником Сычевских земских войск (милиции). Дмитрий Петрович был женат на Прасковье Васильевне (урожденной Маменс) и имел детей: сыновей Василия (1791 г.р.), Сергея (1801-1887), дочерей Анну, Александру и Елизавету. Прасковье Васильевне принадлежали село Сумароково, деревни Паршино, Лошадкино, Зайцево. (Смоленское дворянство, М., 2006, вып.8, стр.23)

3. Тимашов Николай Петрович, поручик. Жена Надежда Тимофеевна Тимашева. В 1838 году упоминается в звании капитан. Вотчина Николая Петровича сельцо Левково с деревнями Зубакино, Телюкино, Кудрино. В 1840-х годах имел более 130 душ мужского пола. Умер в своем имении в 1843 году.

4.Калакуцкий Семен Семенович – поручик. Род Калакуцких внесен во II часть родословной дворянской книги Смоленской губернии. С 1840 года по 1842 год был начальником Сычевской инвалидной команды, в звании штаб-капитан. Умер в 1852 году.

5.Бровцин Петр Васильевич, титулярный советник. В 1812 году владел сельцом Ивановское с деревнями – 149 душ мужского пола и в Бельском уезде 225 душ мужского пола.

6.Шеманский Иван Алексеевич, штаб-капитан. Род Шеманских внесен в VI часть родословной дворянской книги Смоленской губернии. В 1812 году владел селом Днепрово – 19 д.м.п.

7.Шеманский Епафродит Алексеевич, штаб-капитан. Родной брат Ивана Алексеевича. В 1812 году владел сельцом Селище с деревнями – 80 д.м.п. Упоминается в 1851 - 1853 годах. Владелец 726 десятин земли и 103 д.м.п. в Сычевском уезде.

8.Ленов Александр Федорович, подпоручик. Род Леновых внесен в III часть родословной дворянской книги Смоленской губернии. В 1847 году Александр Федорович писал «…жительство имею в Сычевском уезде в сельце Семенове». В имении 19,5 десятин земли.

9. Дворянский род Цызыревых имел владения в Вяземском уезде. Цызыревы были командированы в Сычевское ополчение из-за « неимения дворянства».

10. Шишмарев Яков Трифонович, губернский секретарь. Помещик Бельского уезда. В 1812 году имел 6 душ мужского пола.

11. Богуславский Даниил Васильевич, подпоручик. В 1814 году служил в Сычевской дворянской опеке дворянским заседателем.

(Источник: В.Б. Каплинский. Ратники 1812г.)

КОМАНДНЫЙ СОСТАВ СМОЛЕНСКОГО ОПОЛЧЕНИЯ 1812 ГОДА

Фамилия • чин/соц.статус • должность в ополчении • уезд

Тысячный :

Мельников Ник. Алексеевич. фл. кап. 2 ранга тысячный Сычевский уезд

Пятисотенный :

Бровцын Петр Вас. тит. сов. пятисотенный Сычевский уезд

Сотенные :

Агеянов Григ. кол. рег. сотенный Сычевский уезд

Богданов Григ. Ив. кол. рег. сотенный Сычевский уезд

Богуславский Дан. Вас. подпоручик сотенный Сычевский уезд

Грабилин Никита кол. рег. сотенный Сычевский уезд

Каверин Петр. кол. рег. сотенный Сычевский уезд

Калакуцкий Степ. Степ. дворянин сотенный Сычевский уезд

Клюгорев Ив. губ. секр. сотенный Сычевский уезд

Корницкий Степ. Степ. прапорщик сотенный Сычевский уезд

Корочневский Фед. из дворян сотенный Сычевский уезд

Леонов Александр Фед. кол. рег. сотенный Сычевский уезд

Ловейко Дм. Петр. поручик сотенный Сычевский уезд

Лошаков Фед. кол. рег. сотенный Сычевский уезд

Потулов губ. секр. сотенный Сычевский уезд

Пузырев дворянин сотенный Сычевский уезд

Романов Фед. Нитин дворянин сотенный Сычевский уезд

Тимашев Ник. Петр. поручик сотенный Сычевский уезд

Тулубьев Пав. Мих. лейт. сотенный Сычевский уезд

Шеманский Епафродит Алексеевич шт.-кап. сотенный Сычевский уезд

Шеманский Ив. Алексеевич шт.-кап. сотенный Сычевский уезд

Шишмарев Як. Триф. дворянин сотенный Сычевский уезд

Щечкин Евгений подпоручик сотенный Сычевский уезд

Пятидесятники :

Абельдяев Мих. кол. рег. пятидесятник Сычевский уезд

Зенкович Мих. дворянин пятидесятник Сычевский уезд

Калакуцкий Еф. Осип. из дворян унт.-оф. пятидесятник Сычевский уезд

Касперский дворянин пятидесятник Сычевский уезд

Корженевский дворянин пятидесятник Сычевский уезд

Лесли Алексей из дворян пятидесятник Сычевский уезд

Лесли Дм. Ег. из дворян пятидесятник Сычевский уезд

Локович из нем. пятидесятник Сычевский уезд

Цызырев дворянин пятидесятник Сычевский уезд

Ополчение 1812 года Графа Никиты Панина

д.Гренова Григорий Тимофеев ( б.пр.), Ларион Федотов (умер) - 2б-3р д.Бабкина Харлампий Семенов (умер), Фома Агеев - 2б-3р д.Лебедева Дмитрий Логинов, Зиновий Васильев – 2б-3р д.Высокова Максим Корнеев (б.пр.), Нефед Кирилов (умер), Елисей Петров (б.пр.), Козма Козмин – 2б-2р, Данила Прохоров, Иван Сергеев, Григорий Ипатов – 2б-4р д.Полянова Тимофей Ермолаев, 2б-3р д.Большой Городни Фадей Семенов, 2б-3р д.Малой Городни Ефим Архипов ( б.пр.) - 2б-3р, Иван Иванов – 2б-4р д.Некрасихи Федор Яковлев ( б.пр.), Федот Иванов – 2б-3р, Никифор Максимов, Андрей Симанов, Никон Семенов – 2б-4р д.Ашуркова Петр Кирилов - 2б-3р, Василий Самуилов – 2б-1р д.Хухрынихи Ермолай Силуянов, Иван Родионов – 2б-3р, Еремей Дементиев – (к) д.Ащутиха Иев Абросимов, 2б-3р д.Подъелни Клим Петров, Антон Емельянов – 2б-3р, Ермолай Селиверстов (умер) – 2б-4р д.Плоской Денис Павлов, б.пр., 2б-3р д.Ивашутихи Никита Яковлев, б.пр., 2б-3р д.Кликунихи Семен Тарасов, 2б-4р д.Тарасовки Андрей Иванов, б.пр., 2б-4р д.Бубнова Давыд Дмитриев - (к), Прокофий Ефремов. Яков Иванов – 2б-4р д.Ладыгина Моисей Симеонов, Петр Демидов - 2б-4р д.Ребинок Артем Филиппов. Конон Карпов (умер), Михей Аникеев ( б.пр.), Анисим Архипов, Кирилл Васильев, Давыд Кондратьев, Трифон Федоров ( б.пр.) – 2б-4р д.Любуши Карп Андреев, Илья Демидов, Петр Самуилов - 2б-4р д.Скреплевки Сергей Понкратов, 2б-1р д.Крапивни Изот Кирилов, Василий Иванов – 2б-4р, Семен Мартинов – 2б-1р, Нефед Максимов (б.пр.), Яков Гаврилов – 2б-4р д.Горок Исаак Иванов, б.пр., 2б-4р д.Малиновки Алексей Евстратов, Антон Емельянов – 2б-1р д.Гребли Федот Данилов, Карп Степанов (умер), Илья Самсонов, Никита Ульянов, Пимон Петров ( б.пр.) – 2б-4р д.Ананихи Никита Емельянов (умер), Иван Аверкиев – 2б-4р д.Варанчихи Василий Юдин, Антип Филиппов – 2б-1р д.Чернеики Борис Тиханов (умер), Николай Демидов – 2б-1р д.Левшина Алексей Кондратьев, Василий Александров, Казма Федоров – 2б-4р, Арсений Михайлов – (к) д.Варварина Лев Леонов, Матвей Егоров, Ефим Афонасьев ( б.пр.) - 2б-4р д.Свистаева Силуян Герасимов, к д.Шарыкина Яков Лукьянов, умер, 2б-4р д.Иванцева Тимофей Максимов, умер, 2б-4р д.Перчики Яков Петров, Илья Тиханов – 2б-1р д.Стружни Филипп Михайлов, Игнат Степанов, Петр Семенов – 2б-4р д.Горшкова Игнат Нилов, к д.Анисимихи Абрам Семенов - к, Агафон Мануилов, Епифан Алексеев – 2б-4р с.Слизнево Яков Денисов, Иван Ионов ( б.пр.) – 2б-4р д.Потеряихи Егор Изотов - к, Алексей Евстигнеев - 2б-4р д.Маркова Данила Игнатов, Фома Исаев ( б.пр.), Александр Михайлов, Лазарь Азаров (умер), Акинфий Анофриев – 2б-4р, Демид Минин – к д.Клокова Петр Лукьянов, Абрам Кирилов - 2б-4р д.Макеева Еким Федоров, 2б-4р д.Бендюревки Никита Антонов ( б.пр.), Макар Лавринов - 2б-4р д.Морозихи Василий Лавринов, Агей Иванов ( б.пр.) - 2б-4р д.Курова Андрей Яковлев, 2б-4р д.Потолова Иван Парфенов, умер, 2б-4р д.Харина Галактион Дорофеев, 2б-4р д.Кручи Казма Федоров, умер, 2б-4р д.Спицына Марк Филиппов, Иван Михайлов – 2б-4р д.Кромина Павел Алексеев, б.пр., 2б-4р д.Колюбаева Дмитрий Николаев ( б.пр.), Андрей Кондратьев ( б.пр.), Сысой Васильев – 2б-4р д.Шанихи Прохор Федоров, 2б-4р д.Гречишкина Петр Евдокимов, 2б-4р д.Ключевок Василий Сергеев, 2б-4р д.Растанной Павел Марков ( б.пр.), Федор Прокофьев ( б.пр.), Никита Савельев – 2б-4р д.Одинцова Федор Николаев, Юда Артемьев, Фирс Дементьев – 2б-4р, Трофим Денисов-к д.Просенчихи Терентий Харламов ( б.пр.), Андрей Авдеев – 2б-4р д.Девяткина Матвей Макеев, Иван Михайлов, Кирей Игнатов ( б.пр.), Сафрон Лукьянов (б.пр.) - 2б-4р с.Мольгино Илья Иванов, Антон Михайлов – 2б-4р д.Супонихи Григорий Яковлев ( б.пр.), Федор Леонов – 2б-4р д.Пустошки Дмитрий Игнатов, умер, 2б-4р д.Гулчина Павел Васильев, 2б-4р д.Мишихи Антон Никитин, Евстигней Григорьев 2б-4р д.Боброва Ефим Никифоров, 2б-4р д.Баранцева Евтафий Владимиров ( б.пр.), Аверкий Азаров ( б.пр.) – 2б-4р д.Ильина Акинфий Степанов, 2б-4р д.Ашуркова Самсон Миронов ( б.пр.), 2б-4р д.Андронихи Мина Фадеев, Алексей Самсонов – 2б-4р д.Изосимихи Тит Александров, 2б-4р д.Дубатирова Яков Козмин, умер, 2б-4р д.Петрова Сергей Птров, 2б-4р д.Бобурова Семен Тиханов, 2б-4р д.Колесницы Фадей Васильев, 2б-4р д.Пантюшина Харлам Харитонов, умер, 2б-4р д.Воробьева Сила Иевлев, умер,2б-4р д.Сырокоренья Агей Степанов, 2б-4р д.Погорелой Агей Семенов, 2б-4р д.Калпиты Ефрем Ефимов, 2б-4р д.Староселья Селиверст казмин, к д. Фолелеева Козма Семенов, б.пр., 2б-4р д.Турова Фрол Игнатов, 2б-4р д.Зубцова Трифон Борисов, б.пр., 2б-4р д.Шернино Евстигней Степанов, Федор Архипов, Филипп Яковлев - 2б-4р д.Бабкина Емельян Макеев, 2б-4р д.Санчуков Ион Федоров, Ларион Степанов ( б.пр.) – 2б-4р д.Мастилова Степан Архипов, 2б-4р д.Симанова Кирей Ермолаев, б.пр., 2б-4р д.Починок Василий Кононов, Евтифий Денисов, Пимон Силуянов, Григорий Ерофеев – 2б-4р КАПИТАНШИ МИРОНЬИ ПАНИНОЙ д.Шеулина крестьяне Иван Федоров, 2б-1р д.Кудрявцева Николай Фетисов, 2б-1р д.Щеголева Андрей Трофимов, б.пр., 2б-1р с.Куршанки дворовой человек Никифор Михайлов, 2б-1р

 

Источники:

 Каплинский В. Смоленское ополчение: мифы и реальность / Владимир Каплинский // Родина. - 2012. - № 6. - С. 148-151

 ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 82; Смоленское дворянское ополчение. Смоленск, 1912; см. также: Комаров Д.Е. Вязьма и уезд в XIX в. Смоленск, 2000; Прохоров ВЛ., Шорин Ю.Н. Дорогобужская старина. Смоленск, 2001; Шведов С.В. Смоленское ополчение // Отечественная война 1812 года: Энциклопедия. М., 2004. С. 662-663.
. Собрание Смоленского музея-заповедника. Подлинник СМЗ КП-27 151/37.
 Смоленская область: Энциклопедия. Смоленск, 2003. Т. 2. С. 319
 Попов А.И. Партизаны и народная война в 1812 году //Отечественная война 1812 года: Источники. Памятники. Проблемы: Материалы VIII Всерос. науч. конф. Можайск, 2000. С. 172-207;. ТотфалушинВ.П. Ополчение // Отечественная война 1812 года: Энциклопедия. М., 2004. С. 521-523.
 Вяземский филиал ГАСО. Ф. 239. Д. 29, 19, 27; Ф. 785. Д. 23; См. также: Словарь русских писателей XVIII в. М., 1999.
 Филиппова АЛ. Отечественная война 1812 года в исторической памяти смолян // Бородино и наполеоновские воины: Битвы, поля сражений, мемориалы: Материалы Междунар. науч. конф. М., 2003.C. 338-348.
Попов А.И. Указ. соч. С. 179; Собрание Вяземского краеведческого музея. В - 5912/8.
Собрание Вяземского краеведческого музея. В - 5912/3. Указ Александра I о награждении Н.М. Нахимова орденом Святого Владимира 4-й степени с бантом.
  А.А. Филиппова     Отечественная война 1812 года. Источники, памятники, проблемы. Материалы XII Всероссийской научной конференции Бородино, 6-8 сентября 2004 г.

http://www.nasledie-smolensk.ru/pkns/index.php?option=com_content&task=view&id=1360&Itemid=160&limit=1&limitstart=3

Администрация Смоленской области

Департамент Смоленской области по культуре и туризму

Культурное наследие земли Смоленской

Картинки по запросу картинки погода в городе

http://obd-memorial.ru

НЭБ Национальная электронная библиотека

Праздники России

Журнал  для библиотекарей

Электронная библиотека

Библиотечная система

субъектов Российской Федерации

 

Библиотекарь.Ру

 Газета "Культура"

Изображение

РусРегионИнформ

Новый  сетевой  проект

Библиотека рекомендует

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Смоленская старина: Сборник Смоленского областного краеведческого общества/[Колл. авторов. Редактор-составитель Н. Деверилина]. – Смоленск: Свиток, 2018. – 192 с.: ил.

 

 

 

 

 

 

 

 

Алфимова, А.В. Защитникам и освободителям Смоленщины посвящается. 1941-1943/А.В. Алфимова. – Смоленск: Свиток, 2019. – 168 с.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Сбитнев, В., Стрелков, В., Талалаев В. Афганистан всегда со мной. – Смоленск: Издательство «Смоленская типография», 2018. – 172 с.

 

 

 

  

 

 

 

 

Маленький город с большой душой: история города Сычевки в стихах/ МКУК «Сычевская ЦБС»; сост. Т.А. Асянова; ил. В.И. Поляковой. – Смоленск: [б.и.], 2018. – 58 с.: ил.

 

 

 

 

 

 

 

 

Княгиня М.К. Тенишева и Смоленский край: библиогр.указ.: к 160-летию со дня рождения/ ГБУК «Смоленская областная универсальная научная библиотека им. А.Т. Твардовского; [сост.: В.И. Карпеченкова, И.Е. Малащенкова; отв. Ред. Е.В. Гаврилова]. – Смоленск: Свиток, 2018. – 517 с.: ил., портр.

 

 

 

 

 

 

 

Родник. Литературно-художественный альманах №5/ Смоленское областное литературное объединение «Родник» им. Ю.В. Пашкова. – Смоленск: Издательство ООО «Маджента», 2018. 362 с.

 

Официальный интернет-портал правовой информации

©Муниципальное казённое учреждение культуры «Сычёвская централизованная библиотечная система», 2019

Web-canape — создание сайтов и продвижение

Яндекс.Метрика

Главная | RSS лента

215280, Смоленская область, г. Сычевка, ул. Б. Пролетарская, д. 2
8 (48130) 4-11-81
libsych@rambler.ru